Насколько пятнична пятница?
По-прежнему распространена практика четкого распределения предметов по классам и категориям, отождествления предикативной (дефинитивной) совокупности объекта с его единичностью. Например, есть день недели пятница. Единична ли пятница? Только ли пятница может быть пятницей, или в каком-то смысле другие дни недели могут быть пятницей? Посмотрим со следующей стороны. Пятница – есть день недели, обладающий ненулевой пятничностью. Вряд ли можно усомниться в том, что, что среди всех дней недели у пятницы пятничность наиболее высока. Но можно ли утверждать, что пятница обладает абсолютной пятничностью, а остальные дни недели – сугубо нулевой? Нет, нельзя. Даже для универсального духа, для человечества в целом пятница не будет всегда пятницей, а другие дни не будут абсолютно непятничными.
Проиллюстрируем сначала факт различности единичности и сущности объекта для отдельно взятого субъекта. Он может перепутать день недели, тогда во многом сущность пятницы станет условной. С ним в четверг может случиться то, что обычно случается с ним по пятницам. А смена часовых поясов при путешествиях? А если он мусульманин – пятница для него будет означать нечто совсем иное, нежели для немусульман. Во многом пятницей для него будет, скажем, среда, как второй день по счету назад от священного выходного дня. Примеры можно приводить сколь угодно долго, но что в итоге останется от единичной пятницы, той пятницы, которая, скажем, является тем днем недели, когда я пишу этот текст? Даже не будет слов, в конечном итоге даже консенсус мнений всего человечества, более-менее стабильно назначающий пятницу каждые семь суток (в зависимости от часового пояса), тут сменится молчаливым созерцанием, переживанием чистой идеи пятницы и ее конкретного, повторяющегося уже несколько сот лет (со введения семидневной недели в мировую практику).
Как у Аристотеля(?): есть не только лошади, но и их лошадность. Я добавлю – лошадность не абсолютная, как и неабсолютна нелошадность лютиков на лужайке. Что общего может быть у лошади и лютика? В единичный момент мы имеем дело не с лошадью, как совокупностью всех признаков лошади, составляющих ее однозначное определение, но только лишь с отдельными. Всадник в момент езды имеет дело с ходовыми качествами, и только. Так устроено мышление. Если мы перейдем на уровень отсутствия фильтров, фреймов и контекстов, мы выйдем за пределы мышления и окажемся в хаосе первичного восприятия сигналов, что не сможет быть (да и не должно быть) предметом философии.
Все необходимые признаки предмета существуют в единичный момент разве что для абсолютного духа. Но! Разве абсолютный дух связан временем? Разве время имеет для него значение? Таким образом, в моменте, даже если брать не предельное мгновение (в силу отсутствия у косной материи сплошноты), но сколь-нибудь и протяженный отрезок времени, мы не будем иметь дело с лошадью. Более того, мы не будем иметь дело с лошадностью как таковой, но лишь с ее производными. Лошадь (т. е. лошадность), впрочем, как нам известно, есть идем, а единичное (конкретный конь Огонек) есть ее проявление.
